Версия для слабовидящих
Спецсерия

Обучение в Европе. Александр Кольцов рассказывает об академическом Берлине

Уже больше 15 лет ПСТГУ сотрудничает с Богословским факультетом Гумбольдт-Университета в Берлине. Главной стороной этого сотрудничество является ежегодная стажировка наших студентов в этом крупнейшем европейском Университете. Однако за последнее время появилось гораздо больше возможностей для обучения в Европе. Мы начинаем небольшую серию публикаций о людях, которые не побоялись этими возможностями воспользоваться, и представляем рассказ выпускника, аспиранта и преподавателя кафедры Философии Религии и Религиозных Аспектов Культуры Александра Кольцова о стажировке в Берлине.

1) О стажировке.

Ты вернулся из последней стажировки в апреле этого года. Подобную стажировку ты проходил ещё в 2012 году. Я – на год раньше. Расскажи, пожалуйста, как изменились за это время условия пребывания в Берлине для наших студентов.

Надо отметить, что только мы называем это «стажировкой» и «её» участников – «стажёрами». Этот термин предполагает усовершенствование каких-либо знаний и умений за счёт чётко организованной деятельности с достижением определённых заранее намеченных результатов и отчётность.

По-немецки это называется «стипендиальная программа» и, соответственно, «стипендиаты». Программы эти бывают разные. Конкретно нам немецкой стороной предоставляются все академические возможности и не вменяется обязанности сдавать экзамены, писать статьи или готовые работы.

Первый раз я был в зимнем семестре 2012-2013 года. Тогда меня, как и тебя, целиком принимал отдел профессора Хайнца Оме и, главным образом, его сотрудница, Барбара Франке, и время пребывания там было ограничено четырьмя месяцами. Ездили мы по трое, с начала октября по конец января, либо с апреля по июль.

Теперь же, как мне сообщили во время подготовки, стажировка будет начинаться в то же время, однако продлится уже 6 месяцев. Участвовать в ней смогут уже два человека. А в связи с уходом на пенсию профессора Оме принимающей стороной будет международный отдел Гумбольдт Университета, а не Богословский факультет. Всё примет более официальный характер. Учебные визы мы получаем по линии «Германской службы академических обменов», а выделяет стипендии организация «Brot für die Welt».

Это, в частности, позволило нам больше приобщиться к мероприятиям «Brot für die Welt». У них есть целая программа поддержки стипендиатов, направленная на то, чтобы они познакомились между собой и легче адаптировались к жизни в Германии. Ведь многие приезжают на несколько лет, а не на шесть месяцев, как мы. И в начале нашего пребывания в Берлине они организовали несколько дружественных встреч и концертов. А в конце мы отправились в Kirchenreise, что буквально можно понимать как паломничество. По факту это была ознакомительная поездка в определённую церковную область, можно сказать в «епархию». Поездка была очень занимательная.

В итоге всё получилось не совсем по новой схеме, поскольку профессор Оме ещё читал последний семестр лекции. Барбара Франке продолжала у него работать и нас во всём сопровождала. С профессором Оме мы встречались лично вначале стажировке. Он нас подробно расспрашивал о наших научных работах, делился советами. Поговорили мы о реформах аспирантуры, которые не обошли стороной и Германию.

Я уверен, что магистерскую работу в 2013 году написал исключительно благодаря стажировке. При чудесном стечении обстоятельств отец Георгий Ореханов рекомендовал меня для этой стажировки во второй раз, и теперь для меня похожая ситуация, поскольку вряд ли можно написать диссертацию по немецкой философии, не обращаясь как к источникам, так и к живым исследователям немецкого философского наследия. Всё это сосредоточено главным образом в Германии и было для меня в прямом доступе.

Какие нужно сейчас выполнить условия, чтобы поехать на стажировку?

Теперь ехать нужно, как я уже сказал, на шесть месяцев вдвоём и чуть-ли не на общих условиях со всеми претендентами из «Brot für die Welt». То есть нужно написать полноценное мотивационное письмо, которое будет проходить конкурс.

Конкретно необходимо:

- Рекомендательное письмо от церковной организации. В нашем случае это письмо с подписью от архиепископа Евгения, заведующего Учебным комитетом Русской православной Церкви.
- Sprachzeugnis, то есть свидетельство о знании языка.
- Диплом о высшем образовании.
- Развёрнутое обоснование темы своей работы, которое называется в списках просто «мотивационное письмо».
- И конечно автобиография.

В нашем случае все эти документы подкрепляются тем, что между Гумбольдтом и нашим Университетом заключён договор о сотрудничестве. Потому стипендию мы получаем от «Brot für die Welt», а в учебном плане привязываемся к богословскому факультету как стипендиаты по обмену.

Какая у тебя была стипендия?

Точно не назову, но примерно 720 Евро.

2) Проживание в Берлине.

Интересно, у меня 5 лет назад была такая же стипендия. Видимо, стипендия не зависит от курса Евро. Каковы сейчас условия проживания для стипендиатов? Всё тот же Конвикт?

Те, кто стажируются в Берлине (а стажируются стипендиаты в разных городах), как правило, проживают в богословском Конвикте. По традиции общежитие именно Богословского факультета называется соответствующим латинским словом «Конвикт».

Это очень интересное место, и прежде всего своей историей. Изначально в нём осуществлялась благотворительная деятельность. Во времена ГДР там организовали неофициальную богословскую школу. А сейчас это что-то вроде церковного общежития студентов, где живут студенты разных стран и направлений, которые, тем не менее, пытаются вместе жить духовной жизнью, проводят встречи, досуг, участвуют в совместных богослужениях и молитвах. В этом месте можно наблюдать, как реализуется идея освящения всех сторон жизни, когда община собирается не только на Евхаристию, но и, грубо говоря, посмотреть фильм вместе и его обсудить.

Насколько часто ты принимал участие в такого рода мероприятиях?

Моя активность по большей части проявлялась в том, что меня взяли в конвиктский джаз-бэнд и мы очень хорошо вместе играли. Там я выучился играть на фортепиано джаз, за что им очень благодарен.

Я был на паре богослужений в храме при Конвикте, которые, кстати, студенты организуют своими силами. Там поёт студенческий хор, на органе играет один из студентов. После богослужения часто бывает вечеринка.

Ещё я был на открытии и закрытии семестра. Это традиционное мероприятие.

Я знаю, что они каждую неделю устраивали молебны, на которые я не попадал. Но то, что я знал, что здесь в церкви совершаются студенческие богослужения, меняло моё восприятие этого места.

Когда я был на стажировке, меня поселили в простой, хорошей, но довольно аскетичной комнате с точки зрения комфортолюбивого человека. У меня была старая шатающаяся кровать в 40 см от потолка над дверью, одни платяной шкаф, стул и стол. У моих товарищей обстановка была поновее. Как ты сейчас оценишь условия проживания там?

В русских общежитиях я не жил, потому мне особо не с чем сравнить. Однако по тому, что я знаю, условия там кажутся мне вполне приличными, хотя и не идеальными. В любом случае для студента комната в центре Берлина за 150-200 Евро в месяц – очень даже неплохо.

В каждой комнате живёт один человек. На определённый жилой сектор на этаже приходится одна кухня (планировка комнат там непростая). При мне даже делали ремонт кухни, и мы обсуждали цвет краски, мебель, потом кто-то наносил на стены основной цвет, кто-то по трафаретам делал узоры.

Не во всех комнатах такие кровати, как ты описал. Но у меня была такая же.

Каково твоё впечатление от немецких библиотек?

Целиком положительное.

Там обстановка ориентирована именно на работу.

У нас в Ленинке работать довольно неуютно. Заказ книг происходит по сложной схеме. Электронный каталог отражает далеко не все наименования. Также, чтобы выйти на свежий воздух, нужно собрать кучу штампов. Нет нормального буфета. В Берлине же всё гораздо проще и удобнее. Хотя, «Государственная библиотека» в Берлине чем-то напоминает Ленинку своей масштабностью.

4) Повседневная жизнь.

В Германии устройство и организация жизни иные, чем в России. Что ты скажешь про обиходные вещи: транспорт, магазины, отношение людей?

Сложно ответить на эти вопросы просто, так как вынужден балансировать между двух стереотипов. С одной стороны, меня все дома спрашивают: «Почему ты оттуда вернулся?». А те русские, которые живут в Германии, говорили мне: «Потерпи, ты скоро уже вернёшься в Россию».

К тому же студент, особенно живущий в Конвикте – объект международный и по нему сложно судить о немецком менталитете. О немецких студентах можно сказать, в частности, что они много работают над своей политической грамотностью. Они разбираются в политике, следят за политической жизнью страны, обсуждают её и вырабатывают, таким образом, свою политическую позицию.

У меня такое впечатление, которое подкрепляется самими немцами, что Берлин – в меньшей степени немецкий город. Сами Берлинцы гордятся, что, мол, мы всегда рада и открыты для всех желающих к нам приехать.

Берлин известен своими велодорожками. Как ты передвигался: на велосипеде или на общественном транспорте?

И так, и так. Зимой погода не всегда приятная для велосипедных прогулок. На короткие расстояния, между Конвиктом, университетом и библиотекой я всегда передвигался на велосипеде. В этом смысле Берлин, конечно, рай для велосипедистов. Там для них всё предусмотрено. После него даже я полюбил велосипед как вид транспорта.

Расскажи, как проходила твоя культурная жизнь?

Немцы всячески поощряют интерес студентов к культуре. Поэтому, во-первых, у меня был годовой абонемент в государственные музеи Берлина. А во-вторых, «CalssikCard», которая даётся людям до 30 лет с пропиской. С её помощью я мог за час до оперы, балета или концерта купить любой из оставшихся билетов за 8 или 10 Евро. У этой карты есть свой сайт, где можно посмотреть расписание событий, на которые она даёт скидку.

Музеи я посещал не то чтобы очень часто. Но, конечно, обошёл весь музейный остров.

Бюст Нефертити в Египетском музее действительно настолько впечатляющий, как о нём пишут?

Меня больше впечатлила живопись в Gemäldegalerie, чем бюст Нефертити, хотя, конечно, сами коллекции древнего искусства там поразительные.

Я часто заходил в музеи после занятий или, наоборот, перед, чтобы вдохновиться.

Музеи Берлина ведь гораздо меньше Лувра или Эрмитажа, их можно часто посещать и успеть посмотреть довольно много.

Помимо самих потрясающих коллекций, музейный остров представляет ещё, на мой взгляд, памятник музейного дела. Оно, наверное, там и зарождалось.

Ты был в Берлине в том числе и в предрождественское время Адвента. Что происходило в городе в этот период?

Мне кажется, что каждая евангелическая церковь считает своей святой обязанностью исполнить в декабре рождественскую ораторию Баха. Мне довелось слушать ораторию в Потсдаме во Фриденскирхе.

Удивительной была для меня традиция исполнения оратории в церквях Берлина. Видимо, при храме собирается хор из прихожан. В предрождественское время они нанимают солистов и камерный оркестр и так довольно скромно, можно сказать, любительски, исполняют кантаты Баха. Я встречал по Берлину очень много объявлений о концертах в самых дальних, неизвестных церквях.

5) Религия.

В какую православную церковь ты ходил?

Немцам приходится принимать тот факт, что мы, стажеры, всё время ходим в какие-то отдельные свои церкви. Им было бы конечно приятнее, если бы мы посещали их богослужения.

В прошлый раз я всё время посещали кафедральный Воскресенский собор в Берлине. В этот раз мне там почему-то после первого посещения показалось там слишком неуютно из-за большого количества людей на воскресной службе.

Я стал искать в интернете другие церкви и нашёл храм князя Владимира. До него удобно ходит 35 минут трамвай М8 прямо от Конвикта. Я ходил туда всё время. Там настоятель – отец Пётр Пахолков – меня очень радушно принял. Я пел там на клиросе.

Интересная там и община. Например, настоятель пригласил соседних евангелистов и кого-то из немцев из администрации на празднование Масленицы. Одним из первых его дел было учреждение воскресной школы, когда ещё не было достроено само здание храма.

Примечательно и то, как русские собираются вокруг храма. В их библиотечке есть русско-немецкие эмигрантские издания 20-30ых годов.

А какие инославные храмы ты посещал? В качестве, может быть, религиоведческого опыта?

В храм при Конвикте я ходил на некоторые богослужения по приглашению. В большой протестантской церкви Берлина – Мариенкирхе – было богослужение, посвящённое открытию семестра. И это два совсем разных впечатления. Богослужение, которое возглавляет профессор и на котором играет органист, которому за его музыкальные заслуги присуждена степень почетного профессора богословия, конечно, приятнее и серьёзнее.

Посетил я Andacht (молебен) и в Берлинском соборе. Когда мы ездили в Kirchenreise, мне встречались разные пасторы, от классических рациональных проповедников до аниматоров, которые хотели устроить с нами танцы на богослужении. Протестантская церковность – очень интересное явление. Например, в Великую Пятницу католики днём служат, а у протестантов концерт, посвящённый Великой Пятнице. Я бы сказал, что у них переживание веры либо рационалистичное, либо эстетическое.

А католическое?

В районе Гезундбруннен есть церковь святой Афры. Католики там служат каждый день в 18.00 Тридентские мессы на латыни. Так получилось, что соседи по Конвикту меня приглашали туда на Рождество и на Пасху. Это было для меня сменой религиоведческой направленности и оставило приятное впечатление, поскольку пасхальная служба длилась около трёх часов с паремиями. Было даже одно крещение в пасхальную ночь.

На Великую Пятницу я был в другой, обычной католической церкви. Богослужение там было похоже на концерт больше, поскольку хор пел историю страстей.

Короче говоря, церковность Берлина – явление очень многогранное и до конца непонятное. Я слышал в кулуарах, что там в церковь ходит мало людей. Однако мне показалось, что большинство людей в храме пришли туда осмысленно.

6) Путешествия.

Германская временная прописка открывает нам широкие возможности для путешествий. Ездил ли ты куда-нибудь? И если да, то как проходили твои поездки?

Я как-то настроился на стажировку и использование времени в Германии, потому не посещал другие европейские страны, а много ездил по Германии.

Ко мне приезжали родители, друзья, и мы с ними совершали поездки по Германии. Я был в Тастунгене у нашего всем знакомого пастора Йоханнеса Паульсена, в Гамбурге, в Дрездене, в Трире, в Аахене, в Тюбингене.

На севере мы были в Ростоке. На северо-восточном побережье, в Померании, мне очень понравились удивительные кирпичные зальные церкви.

Тюбинген произвёл на меня наибольшее впечатление как университетский городок. Там приятно гулять и можно 6 км пройти до старого монастыря. До Реформации там был католический монастырь, после – школа. Там, я бы сказал, можно наблюдать «Гессевскую» Германию.

Ездили мы везде на поездах. Стажёры, да и вообще русские люди, не перестают удивляться, что в Германии многие поезда серьёзно опаздывают.

В заключение скажи, пожалуйста, что, на твой взгляд, должна давать эта стажировка? Какую цель должен ставить перед собой стажёр?

Главное на этой стажировке, как мне кажется, это знакомство и налаживание контактов. К сожалению, наши стажёры не так хорошо это понимают. И я понял это не сразу. Я ехал в Германию и в библиотеки, а нужно было знакомиться с интересными студентами, с интересными преподавателями. Отчасти мне это удалось, но только отчасти. Скорее меня находили, чем я находил. Если бы вовремя сообразил, то делал это более целенаправленно.

В остальном стоит, мне кажется, всесторонне знакомится с культурой, со страной во всех её проявлениях, погрузиться в немецкую академическую атмосферу. И в этом погружении будет своеобразный момент инициации, когда ты изнутри почувствуешь, как работает европейская научная мысль.

Беседовал Денис Канаев

#интервью #Кольцов Александр #выпускники #стажировки #осознанная вера

28 октября 2016
Яндекс.Метрика